Джузеппе Конте вне себя от критики: От встречи с Дзамполли до коллапса правительства Мелони

«Дзамполли? Я улыбаюсь, потому что это невероятно. Его описывают как друга Трампа. Конечно, он давний друг, но он прислан с официальным письмом от Трампа для глобального партнерства. Я захотел встретиться с ним в общественном месте, в ресторане в центре Рима, и это вызвало ярость во Fratelli d'Italia».

Выступая на шоу Паоло Дель Деббио «Dritto e rovescio», Джузеппе Конте пытается оправдаться в ответ на эксклюзивный материал Libero о конфиденциальном завтраке между Паоло Дзамполли и лидером «Движения 5 звезд». Встреча, которая должна была остаться секретной, сейчас вызывает волнения в левоцентристском блоке.

«Биньями занялся рестораном, в который мы зашли, а не тем, в который зашел Дельмастро со своей подставной семьей из сиенского клана», – добавляет Конте, переводя разговор на другие темы. «Дзамполли хотел услышать от лидера оппозиционной силы, как он видит ситуацию в данный момент, и я подтвердил свое недовольство, а также недовольство движения и граждан войной, нарушающей международное право, которая ложится бременем на карманы итальянцев. Я сказал, что Трамп делает невероятные ошибки, и последним результатом стало его заявление, что если есть страны, заинтересованные в нефти, пусть идут и берут ее в Ормуз. Возможно, он хотел услышать что-то отличное от поддакиваний Мелони».

Еще один весьма спорный момент – высказывания о Маттео Пьянтедози и Клаудии Конте, журналистке, признавшейся в отношениях с министром внутренних дел. «Каждый, конечно, в личной жизни делает то, что считает нужным, это само собой. Я презираю лицемерие тех, кто говорит 'Бог, отец и семья', а затем живет 'двойной, тройной моралью' в своей личной жизни. Очевидно, что министр обязан быть прозрачным».

«В эти часы, – продолжает бывший премьер, – появляются запросы на разъяснения относительно ролей, которые играла эта журналистка; министр прояснит это, поскольку это публичная институциональная роль. Однако важная тема заключается в том, что после референдума они настолько шаткие, что мы ожидали распада, а вместо этого наблюдаем полный крах этого правительства», – пояснил он. «Были приняты не только те решения, которые уже должны были быть приняты. Нужен был голос итальянцев, чтобы разбудить президента Мелони. Теперь начался и 'перекрестный дружественный огонь'. Инцидент с Пьянтедози происходит в контексте, который наводит на мысль о внутренних атаках. Большинство уже катастрофически рушится, 'коллапсирует', и, конечно, начинаются атаки 'дружественного огня'».

Глава о «широком фронте»: «Мы еще ничего не решили, потому что важно определить общую программу, которая также получит вклад гражданского общества. Затем мы займемся проблемой лидера. Я открыл путь к праймериз, но сделал это последним. Мы видели это великое свидетельство участия граждан и сказали себе: 'тогда откроем праймериз'. Они не в нашей традиции, они в традиции ДП, но мы сказали: призовем многих участвовать и в выборе лидера. По моему мнению, это указание вполне уместно».

«Движению 5 звезд, а не только Джузеппе Конте, есть что сказать для прогрессивного вызова», – добавляет он. «Движение 5 звезд – молодая сила, пришедшая в политику, чтобы изменить систему, самореферентный политический класс, который больше не общался с народом, который систематически находился под влиянием сильных мира сего, тех, кто всегда имеет значение. Мы видели это и с Джорджией Мелони, которая разочаровывает итальянцев, потому что она долго была в оппозиции. Она казалась 'нетронутой, жесткой и чистой', которая должна была принести перемены, но вместо этого 'предала мандат', позволила 'покорить себя истеблишментом'».

Также мысль о Беппе Грилло: символ «Движения 5 звезд» «принадлежит сообществу зарегистрированных членов и, следовательно, Движению», – уточняет Конте. «Нет никакого владельца ни имени, ни символа. Я это уже прояснил, и поэтому тот, кто захочет затеять 'безрассудные споры', получит 'безрассудный ответ' и в случае чего будет также приговорен к возмещению ущерба».